Рус
Eng

Об Иврите

Я бы хотел написать в этот раз об Иврите.

Иврит — это очень древний восточный язык, и это в нем чувствуется. Например, нет в нем слова «вода» — только «воды». На бортике бассейна так и написано: «В этой части бассейна воды глубоки». При перечислении числительных используется слово «сын или дочь». Вопрос: «сколько тебе лет» дословно звучит так: «Сын скольких (лет) ты». Или, другой пример: 3 — х комнатная квартира — «квартира дочь 3 — х комнат». Кстати, Израиль называется на иврите просто — Страна. Вопрос: «Давно ли вы выехали из Израиля? » дословно звучит так: «Давно ли вы из Страны?»

Как вам известно, этот язык был мертвым, вроде латыни, многие столетия. В результате работы фанатика этого языка — Элиэзера Бен Иегуды — в конце прошлого — начале этого века — язык был возрожден, вновь стал современным разговорным. Бен Иегуда в сущности брал корни слов, упомянутых в Танахе, и наделял их современным значением.

Например, слова «электричество» конечно в древнем иврите быть не могло, но было слово, обозначавшее, если я не ошибаюсь, молнию или вспышку света. Сейчас оно используется лишь в его новом значении. Работа была проделана титаническая, в результате на иврите сегодня можно выразить все что угодно, использовать его и в технике и в медицине и т. д. Кстати, в медицине ивритские термины также попахивают духом тысячелетий. Например, самый крупный сосуд артериального русла — аорта — на иврите звучит как: «Отец артерий».
Довольно во многих словах — как русских, так и международно употребимых — прослеживаются ивритские корни. Например, слово «Аминь» идет от ивритского Амен — что означает » верую». Сатана — от ивритского «сатан» — черт. Кстати, имя известного персонажа Булгакова Азазелло происходит от ивритского слова, одно из названий черта — Азазель. Распространенное на иврите выражение «лех ле азазель» — иди к черту.
Бегемот происходит от слова — бехема — что означает животное, скотина. Шмон — от слова «шмоне» — так называется цифра восемь, поскольку в одесских тюрьмах до революции личный досмотр сидевших делали в 8 вечера, а сидело тогда много евреев. Существует масса других примеров влияния иврита на другие языки.
В иврите нет заглавных букв, зато есть буквы, меняющие написание, если они стоят в конце слова.
Мало используются знаки препинания. При письме почти не употребляют гласных букв — единственные гласные, которые пишутся, это «и» а также буква, которая в разном контексте может быть или «о» или «у».
В основном приходиться догадываться, какое это слово. Если слово незнакомое, то его не прочесть.
Все это на первый взгляд кажется очень сложным, но ведь если в русском слове выбросить гласные, все равно можно понять что ббушк — это бабушка, сигрт — сигарета и т. д.
Существует система «огласовок» — т. е. под каждой буквой пишется значок, поясняющий, какой гласный звук следует за этой буквой. Но это используется только в детских книжках и, иногда, при написании имен или заимствованных слов. В газетах и книгах обычно огласовок нет.
Как известно, написание в иврите обратное русскому — справа налево. Поэтому книгу открываешь с «задней» стороны. Писать справа налево привыкаешь довольно быстро, и потом возникают сложности с письмом на русском — рука сама становится в правую часть листа, и проходит несколько секунд, пока поймешь, почему же так неудобно писать, и волевым усилием не переставишь руку «правильно».
У меня, к сожалению, нет способностей к языкам, поэтому мой иврит не весьма совершенен.
Я знаю многих людей, приехавших одновременно со мной, которые говорят на «высоком» иврите.
Я так не могу, хотя мое владение языком вполне сносное и для работы и жизни здесь вполне хватает.
Представьте себе какого -нибудь эстонца, который прожил в России 6 — 7 лет, говорит с легким акцентом, правильным языком, но иногда путается в окончаниях, старается не употреблять сложных языковых форм, а обходится простыми. Вот это примерно мое владение ивритом. Словарный запас достаточен, но бедноват в специфических темах. Например, разговаривать об искусстве или философии я бы не смог — не знаю философских терминов на иврите. Разговоры на религиозные темы я вообще не понимаю — слишком специфичны. Хотя на работе в разговорах с больными, или в быту нет никаких проблем. Аборигены время от времени хвалят мой иврит, но я не обольщаюсь — просто есть много новых репатриантов, говорящих еще хуже меня.
Что касается акцента — он конечно есть, но как говорят местные — у меня акцент не сильный и не специфически русский. Иногда по акценту меня принимают за англоязычного или выходца из Южной Америки. Вообще, у давно живущих здесь появляется неспецифическое произношение — легкий акцент, а откуда человек — не ясно.
Радио и телевидение я понимаю хорошо — смысл 100%, а слова на 80 — 90%. Т. е. встречаются незнакомые слова, но пониманию это не мешает. Что касается чтения — читаю гораздо медленнее, чем по — русски. Воспринимать письменную речь гораздо труднее, чем если этот же текст мне кто-то прочитает. Сказывается отсутствие практики чтения на иврите — газеты я читаю на русском, их тут штук 20 разных — книги по специальности в основном на английском, а в мед. документации очень ограниченный набор слов.
Впрочем, когда готовился к экзамену — а он на иврите — то насобачился и читал довольно быстро. Экзамен был по американской системе — вопрос и 4 — 5 ответов, нужно выбрать правильный. Вопросы для местных и для репатриантов одни и те же, но людям, живущим до 7 лет в стране, дают дополнительное время — экзамен идет 4 часа, а им еще час. В общем особых проблем с языком там не было.
С письмом те же проблемы — чисто технически писать легко, но я делаю кучу ошибок при этом. Впрочем, в Израиле к этому относятся очень терпимо — для приехавших это считается допустимо, хотя самому мне это очень неприятно — пишу как малограмотный.
Интересно происходит у меня процесс подготовки какого -нибудь реферата или сообщения. Я читаю материалы на английском, затем текст доклада пишу на русском, а когда докладываю — просто перевожу с листа с русского языка на иврит. То же и на лекциях — слушаю лекцию на иврите, а конспектирую в основном на русском с вкраплениями ивритских и английских терминов.
У жены с языком немножко хуже, чем у меня, так как она долго сидела дома с детьми, но в целом хорошо. Отец знает только несколько десятков слов. А мама немножко говорит и понимает — на том же уровне примерно, как говорят на русском дворничихи татарки.
В целом молодые люди осваивают язык неплохо. Пожилым труднее выучить язык, но это тоже возможно. У меня есть примеры, когда люди после 60 лет осваивают язык очень неплохо.
Что касается детей и подростков — у них проблем с языком нет. Бывает забавно, когда в классе лучшие оценки по ивриту и ивритской литературе получает ребенок, приехавший в страну 2 — 3 года назад — и это без всяких скидок.
Поскольку, как я уже писал, в Израиле почти все жители, или их предки, когда-то откуда-то приехали, то иврит является единственной возможностью понять друг друга еврею из ЮАР и из Чебоксар, из Эквадора и из Йемена, и т. д. И эту функцию» межнационального» общения он выполняет прекрасно. Я никогда бы не подумал, что смогу рассказывать и слушать анекдоты на иврите в компании, англичанина, румына и аргентинца, а также примкнувшего к ним израильского араба, и все друг друга прекрасно поймут.
Продолжение в следующем письме


Введите запрос о лечении в Израиле
Ваше имя
Email адрес
Номер телефона

Сообщение

× Заказать обратный звонок

Ваше имяНомер телефона с международным кодом